п/я № 2264

будущее каждой вещи - сломаться
будущее каждой империи - разрушиться
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон


За точку отсчета в этом проекте было взято исследование засекреченной и закрытой до недавнего времени территории научно-исследовательского института радиостроения. Я размышляла о феномене закрытых пространств и производств, которые находятся в черте города, но которые фактически не существуют для горожан и выключены из городской среды, и, в целом, о времени, которое неизбежно стирает и изменяет ландшафт вокруг и нашу память о нем.

В процессе создания был использован двойной прием: на первом этапе сбора материала, используя свойство фотографии редуцировать реальность, я разбирала целое на сцены, части и фрагменты, интерпретируя найденное и увиденное, а на втором этапе - отбора фотографического материала и размышления о восприятии прошлого в настоящем , я уже работала с фотографией так как ей несвойственно - заново собирала изображения в целое, но уже совершенно другое целое, - в архитектурную форму инсталляции.

Также частью проекта является книга, которая представляет собой ещё одну ступень метода "деконструкции-реконструкции" - в ней происходит обратный разбор созданных моим воображением и размышлениями истории и объекта инсталляции на фрагменты изображений и текст с целью более четко проблематизировать вопросы о нашем восприятии прошлого и, как следствие, вопросы формирования наших взглядов в настоящем и действий в будущем.
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон
Фотографии посетителей и участников выставки "Архитектура 1.0", в пространстве A-House, Москва, 2024
НИИР Фазотрон
Развороты книги "п/я № 2264"
Открытки "Белая башня" и "Красная башня"
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон
НИИР Фазотрон
An industrial heritage that has no place in the modern world or a time machine near Belorussky Railway Station.

My first meeting with this place made a strong impression on me: a huge abandoned territory, built up with a large number of buildings, in which, despite the destruction and the state of disrepair, there was a persistent sense of the mystical presence of a large number of people. I went into each building, walked through the corridors, explored one floor after another, and felt as if there were people around me, busy with their usual jobs and duties, except that for some reason I saw not them, but only ruined offices and laboratories.

It turned out that these buildings belonged to a research institute, which was engaged in the development of radar equipment. Because my area of interest is working with different spaces, I decided to explore the area more closely. I spent my weekends for two months on the factory grounds. Everything inside these buildings seemed unusual to me: test tubes, reagents, microcircuits, drawings, rooms with strange cone-shaped figures on the walls, but most of all my attention was attracted by photos, calendars, dishes, shoes, dried flowers, letters, books, and postcards scattered everywhere.

As I immersed myself in a world that, thanks to my interest, had gained another imaginary life, I reflected on a territory that for decades had remained terra incognita even for people living in neighboring houses, on the people who had spent most of their lives in that space, and on the time that day by day erased all evidence of the existence of both those people and that space.

My work with this place resulted in an installation that includes objects found at the factory site, a series of photographs, and a photo book.
НИИР Фазотрон

post box № 2264

the future of every thing is to break down

НИИР Фазотрон
Made on
Tilda